Старая Нокиа требовательно завибрировала в кармане. Достав мобильник мельком глянул на дисплей и принял вызов. Звонил Ярик, мой приятель с лечебного факультета, вместе с которым мы не так давно работали в ожоговом отделении.- Aver174, здорова! Говорить можешь?- Привет Яр, могу.- Ты на смене?- Не, домой иду, случилось что?- Да не, нормально все… Слушай, такой вопрос, тебе хирургия нравится?- Интересный вопрос, — я на секунду задумался, — скорее да, чем нет.- Отлично! Тогда у меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться!Бывший напарник по ожоговому аду явно оживился и возбужденно затараторил мне в ухо:- Короче, не знаю, в курсе ты или нет, я хочу на хирургию идти в интернатуру или орду, я думаю, это мое…- Благословляю тебя, сын мой, а я-то тут причем?- Слышь, Петросян, дай договорить, и поймешь, к чему я тебе звоню. Короче, я записался на кружок по хирургии при кафедре, ну, чтобы перед преподами мелькать, работу научную запилить к концу шестого курса, быть на виду, в общем, понял?- Да.- Так вот, на этом кружке организованы ночные дежурства в хирургических отделениях, но, по каким-то идиотским правилам, на них можно ходить только вдвоем, а у меня нет напарника… Да и с левым человеком как-то не охота…- Так, погоди, ты хочешь, чтобы я с тобой на эти дежурства ходил?- Ну да. Я тут больничку одну знаю, там хирургический приемник, дежурный врач адекватный вообще дает делать много чего, да и дежурсвта там… — Ярик запнулся, подбирая менее пугающее слово, — динамичные. Отвечаю, будет интересно!- Так я же в кружке не состою…- Так я тебя запишу. С тебя нужно только устное согласие!- Блин, там же научную работу надо будет делать, мне вот вообще не до этого!- Не ссы, не надо ничего делать, тему возьмешь, годик болт попинаешь, а потом сольешься, что мне тебя учить что ли?- Яр, у меня работа же еще. Свободного времени ну прям вообще нет.- Ты з@#бал сиськи мять, там два раза в месяц всего, я сам же тоже работаю. Скинешь мне свой график, я под тебя подстрою дежурства. Врач этот дежурит почти через день, по-любому найдем время.Ярик хорошо подготовился к этому разговору, с легкостью парировав все мои доводы против. Отмазы и отговорки кончились. Внезапно я понял, что единственное, что меня останавливает – это моя лень. Как-то не хорошо из-за этого отказывать…- Яр, что, больше вообще не с кем?- Вообще. Да и я сразу про тебя подумал, мы в ожоговом хорошо сработались. Погнали?Сраный подлиза. Была не была!- А хрен с тобой. В каком районе больница?- Красава! – Ярик возликовал. – Больничка на ЧМЗ.Я мысленно выругался. Так себе райончик. Есть там одна особо конченая больница пациенты которой чуть менее чем полностью состоят из наркоманов, бомжей и алкашей… Погадите – ка!- Только не говори что это 36.- Она самая.- @ля…- Что опять?- Яр, она же конченая. Там же одни наркоманы да алкаши!- Ну и что? Зато все дают делать. Хватит ныть, нормально все будет!Спустя неделю после этого разговора мы пришли на первое ночное дежурство в доблестную 36 больницу. Старое здание советской постройки, местами облагороженное более-менее свежим ремонтом. Сотни таких больниц населяли окраины крупных городов, и наша тридцать шестая была бы ничем не примечательна, если бы не особый контингент больных поступающих за медицинской помощью. Особенно по ночам.Зайдя в приемник, мы сразу же проследовали в ординаторскую, где и познакомились с нашим наставником – Иваном Алексеевичем. Он был молод, на вид ему было чуть больше тридцати. Мужчина среднего роста и крепкого телосложения, в мятом бордовом хиркостюме. Короткая стрижка под ежика и хамоватая улыбка. Как большинство известных мне хирургов, он был мужловат. Увидев нас на пороге ординаторской, врач коротко спросил:- Кто такие? Вопрос в лоб вместо приветствия. Что ж, учтивости и манер от здешних врачей я и не ожидал. Ярик, ничуть не смутившись, ответил:- Мы студенты с кафедры. На дежурство. Я вам звонил пару дней назад.- А, помню. Берите ключ от комнаты отдыха и идите переодеваться. Потом найдете меня. Я либо тут, либо в смотровой.Ярик быстро подошел к хирургу и взял протянутый ключ. Найдя комнату отдыха, мы быстро переоделись и вернулись в ординаторскую. Врач встал из-за стола и крепко пожал нам руки.- Иван Алексеевич.- Ярослав.- Aver174.- Парни, вы учиться пришли или дурака валять?Ехидный взгляд хирурга поочередно буровил нас с Яриком. Я быстро ответил:- Учиться.- Хорошо. Опыт работы есть?- Отделение детской хирургической реанимации.- А чего в хирургию приперся? Иван Алексеевич изучающе смотрел на меня.- Хирургия мне тоже интересна. Скоро выбирать специализацию, хотелось бы попробовать что-то кроме реанимации…- Понятно, — врач хмыкнул и перевел взгляд на Ярика, — а ты? Тоже ищущий род деятельности?- Я нет. Хирургом хочу стать. Работаю в хирургическом приемнике.- Хорошо. Значит так, парни. Я вас впервые вижу, и поэтому пока везде со мной. Больных смотреть со мной, на операции по экстренности тоже со мной, ночью встаю я – встаете и вы. Понятно?Мы с Яриком синхронно кивнули.- Проявите себя хорошо, буду доверять вам кое-какие врачебные дела. Но это потом. Пока хвостиком ходите за мной, а я…Наставления доктора прервались звуком бесцеремонно распахнувшиеся двери. В ординаторскую ворвался молодой худощавый мужчина и дерзким тоном спросил:- Кто врач?Я осмотрел вошедшего. Типичный гопник лет тридцати отроду. Спортивный костюм, черные кроссовки и бритая голова. Не отягощенное интеллектом лицо и смазанная татуировка на фаланге среднего пальца. Видимо, бывший сиделец.Иван Алексеевич спокойно сел за стол и ответил:- Я.- &$ли ты тут расселся, в коридоре больная сидит!А вот и представитель местной фауны. Врач жестом велел нам сесть на диван, а сам продолжил беседу с гопником:- Выражения выбирайте. Я всех больных посмотрел…- Да @$ли толку, что ты посмотрел, иди лечи давай!- О какой больной идет речь?Надо отдать должное, Иван Алексеевич был спокоен как удав.- Петрова, мы час назад приехали.- У Петровой нет признаков хирургической патологии, сейчас будут готовы анализы и, скорее всего, мы ее перенаправим в терапию, ждите.Гопник набычился. Засунув руки в карманы, он продолжил выяснять отношения.- Слышь, мне похер есть данные или нет, жопу поднял и пошел лечить, понял?- А ты кем вообще Петровой приходишься? – врач резко перешел на «ты» в свойственной ему язвительной манере, — Муж?- Нет.- А кто?- Сожитель я ее.- Ну, то есть никто, так?Гопник побагровел от ярости. Обстановка стремительно накалялась.- Ты че @#уел? Пойдем выйдем, я тебе быстро объясню кто я такой.- Да на#%й ты мне нужен, — Иван Алексеевич переходил на понятный гостю язык, — руки об говно пачкать…- Слышь, ты при друзьях такой дерзкий что ли? Пошли выйдем, я сказал!- Да по@#й мне, что ты там сказал. Вали нахер из моего кабинета, а то ментов вызову!- Че, ты думаешь, я ментов испугаюсь, да я их в рот %$ал, вызывай!Я думал, хирург блефует. Видимо гопник тоже решил, что его «берут на понт», однако дальнейшее развитие событий удивили и нас и названного гостя. — Да без Б!С этими словами, врач быстро засунул руку под столешницу. Раздался едва слышный щелчок.- Ну все, ждем. Сейчас прибегут. Расскажешь им, куда ты их там «@#ал».Гопник запаниковал и сразу как-то сник:- Ты че, реально мусарнул что-ли?- Ну да.Врач откинулся на спинку стула и ехидно ухмыльнуся. Гопник принялся нервно переминаться с ноги на ногу, от его бравады не осталось и следа.- На#$й ты так сделал?- А что, ты думал, я тебя терпеть тут буду? Тебе же по@#й на ментов, отвечай за базар.- Ну ты и крыса…Хирург рассмеялся. Судя по испуганному лицу гопника, он судорожно соображал, что ему делать. Спустя буквально пару минут в коридоре раздался громкий топот. В кабинет забежали два здоровенных милиционера в полевой форме. Увидев нашу компанию, они облегченно выдохнули, и я понял, что это далеко не первый подобный вызов. — Проблемы, Док? Один из сотрудников панибратски обратился к хирургу, тот, глядя на гопника, спокойно ответил:- Да как обычно, Серег.- Барагозит? – Серега жестом показал на присмиревшего быка.- Ага, звал выйти разобраться. Говорит, ментов в рот $%ал, так что вы с ним поаккуратнее…- Я тебя найду, лепила &%аный, 3.14зда тебе, — прошипел гопарь.Второй милиционер быстро подшагнул к гопнику и, сунув ему кулаком под дых, выволок за шкирку из кабинета. Его напарник, проводив гостя задумчивым взором, обратился к врачу:- Не боись Док, мы с ним беседу сейчас проведем, на пушечный выстрел к тебе не подойдет.- Да я не боюсь, у меня таких за смену по пять штук.- Да в курсе я, ладно, не прощаемся.Серега вышел из кабинета, аккуратно закрыв за собой дверь. Повисла пауза, первым которую нарушил Иван Алексеевич:- Урок номер один, парни – при любой агрессии со стороны пациентов, не задумываясь, жмете тревожную кнопку. Понятно?-Понятно, — я многозначительно посмотрел на Ярика, — быстро милиция прибежала, частые они гости у вас?- Так они в соседнем здании сидят, поэтому и быстро. Ребята там хорошие, защищают нас. Тревожные кнопки есть почти в каждом кабинете. Поставили после…Хм…Некоторых инцидентов. Я вам их покажу.- Часто жать приходится?- Часто. Бывает, не один раз за ночь.Ясно, понятно.Иван Алексеевич быстро провел ознакомительную экскурсию по отделению попутно показав все тревожные кнопки и познакомив нас с молодым медбратом Мишей. Спустя пару часов, около 11 вечера, приехала скорая. Фельдшеры завезли на каталке в смотровую молодую девушку без сознания, Миша помог переложить ее на кушетку. Бригада скорой перекинулась с врачом парой фраз и убыла восвояси, хирург подозвал нас к себе в смотровую:- Так, Aver174, тут пациент больше по твоему профилю. Что видишь? Перчатки не забудь надеть перед осмотром.Я натянул пару смотровых перчаток, учтиво протянутых мне медбратом, подошел к девушке и начал осмотр. Пациентке было около двадцати лет. Одета в джинсы и цветастую блузку. Без сознания. Кожа ее была очень бледной, как белый лист бумаги. Дыхание редкое и поверхностное. Приподняв верхнее веко, посмотрел на зрачки. Зрачок узкий, будто ткнули булавкой в глаз. Интересно. Осмотрел правый локтевой сгиб – чисто. А вот на левом я нашел то что искал. Свежий след от инъекции. Единственный. — Aver174, диагноз?- Отравление опиатами.- Правильно. Какими опиатами?- Героин, я так понимаю?- Угу, — врач одобрительно кивнул, — он же белый, он же гера, гречка, порох…Как лечить?- Налоксоном.- Правильно. Миша, тащи налоксон. Как обычно. Медбрат послушно умчался в процедурную за препаратом. Иван Алексеевич продолжил опрос:- Наркоманы наши постоянные клиенты, так что вы про них должны знать все. Ярослав, почему у них периодически случаются передозы?- Не знаю, — напарник растерянно пожал плечами, — может дозу неправильно рассчитывают?- О, можешь мне поверить, дозу они считают получше некоторых анестезиологов. Aver174, есть мысли?- Передоз часто случается, когда наркоман нарывается на чистый наркотик, а считает его как «бадяженый». При смене барыги или по ошибке. Или после долгой завязки…- Верно, — врач пристально посмотрел на меня, — Есть такие знакомые что ли?- Нет, просто рос в плохом районе…Вернулся Миша с антидотом. Медбрат затянул жгут и, осмотрев локтевой сгиб, чертыхнулся:- Иван Алексеевич, у нее вен нет, я не поставлю, давайте реаниматологов позовем?- Давай я попробую, — быстро обработав руки я взял шприц у медбрата. Прикинул направление хода кубитальной вены и ввел иглу. Немного «прощупав» иглой ткани, почувствовал, что провалился в вену и потянул поршень шприца на себя. В шприц хлынула темная венозная кровь. Миша, не дожидаясь команды, расстегнул жгут и я ввел антидот.- Круто ты вены колешь, — медбрат был в восхищении, — где научился?- Я реанимационный медбрат в детской областной.- Понятно, малявкам, поди, еще сложнее ставить? Научишь?- Научу.- Вот мы и нашли, кто будет у нас нариков колоть, — хирург одобрительно ткнул меня локтем в бок, — твоих коллег меньше дергать будем.- Ага, — я скорчил недовольную мину, — всегда мечтал.Пациентка порозовела, дыхание ее стремительно возвращалось к норме. Врач осмотрел зрачки и, видимо, оставшись довольным от увиденного, – скомандовал:- Так, парни, идем писать первичный осмотр. Миша, тащи ведро, а то заблюет барышня тебе всю смотровую. Сейчас очухается, и нас позовешь. Выйдя в коридор, мы увидели молодого мужчину бандитского вида, который тут же подскочил к нам. Памятуя о недавнем госте, я уже мысленно бежал к ближайшей тревожной кнопке, однако мужчина был вежлив и встревожен:- Доктор, что с Катюхой? Жива?- А вы ей кем приходитесь?- Я муж.- Нормально все с ней, сейчас придет в себя. Не волнуйтесь.- Она ужаленная, да?Бандит изменился в лице. Смесь тревоги, горя и сожаления, приправленная малой толикой надежды, отразилась на его «протокольной» физиономии.- Да, — Иван Алексеевич сказал как есть, — отравление опиатами. Она наркоманка?- Полгода была в завязке, — голос мужчины был глухим и тусклым, — у меня день рождения сегодня, я ее брату наказал следить за ней, а сам отвлекся с гостями… Ну и по синей лавочке ее потянуло на герку похоже…Это я не уследил…- Если наркоман хочет ширнуться, — приободряюще проговорил доктор, — его крайне тяжело остановить. Не сегодня, так в другой день. Обратитесь в хорошую клинику. Если интересно, я могу дать контакты.- Спасибо. Но я сначала найду того, кто ей дозу притащил. Спасибо Вам.Бандит пожал нам руки своими здоровыми ручищами и, полный решимости, вышел из больницы. Мы прошли в ординаторскую, где под руководством Ивана Алексеевича быстро заполнили лист первичного осмотра. Спустя десять минут, Миша уведомил нас, что пациентка пришла в себя. Вернувшись в смотровую, застали ее склонившейся над ведром в очередном рвотном позыве. — Как самочувствие, сударыня? – Хирург, с присущим ему язвительным тоном, обратился к девушке.- Иди в жопу, урод! – наркоманка зло посмотрела на нас, — Ненавижу вас!Хирург дал какие-то указания медбрату, и мы вернулись в ординаторскую.- А чего она злая такая? – недоуменно спросил Ярик.- А ты бы какой был на ее месте? Еще пару минут назад она летала на единороге по радугам, а тут мы налоксоном вернули ее на нашу грешную землю. Доброты от этого не прибавится.Иван Алексеевич ухмыльнулся каким-то своим мыслям и продолжил гонять нас по теоретическим вопросам. Спустя полчаса, в ординаторскую вбежал возбужденный медбрат и с порога отрапортовал:- Иван Алексеевич, там скорая привезла брата этой наркоманки! — Что с ним? Тоже ужаленный?- Нет, лицо разбито в хлам!- Вызывай травматологов, — Миша умчался выполнять поручение, — ну что ж, теперь мы знаем, кто угостил нашу пациентку дозой. Одним ненужным вопросом меньше.С Иваном Алексеевичем мы сработались. Со временем, поняв, что нам можно доверять, он начал поручать нам врачебные задачи. Зашивали рассечённые брови, проводили первичный осмотр хирургических пациентов, назначали анализы и дополнительные обследования. К середине шестого курса дошло до того, что первичный осмотр ночью проводили мы с Яриком, а только потом шли будить нашего хирурга. Напарник вовсю ассистировал на операциях, и у него это неплохо получалось. Разбитые лица, нажатия тревожных кнопок, разборки пьяного быдла сперва с нами, а потом и с подоспевшими сотрудниками милиции – обыденность. А еще наркоманы. Их было много в каждое наше дежурство, и бывало, что первый передоз привозили, когда мы еще не успевали переодеться. Скучно не было точно. В декабре ударили крепкие морозы, и к обычным пациентам добавились бомжи с обморожениями. Приняв очередного «зимнего ходока» и направив его в отделение, воспользовались временным затишьем чтобы отдохнуть. Застелив два дивана, улеглись спать. Проснулся я от того, что медбрат Миша тормошил меня за плечо: — Aver174, там какие-то менты пришли, просят врача…- Миш, разбуди Ивана Алексеевича, я-то тут причем?- Да они непонятные какие то, может вы сначала с ними переговорите? А то врача зря разбудим, ругаться будет…- Мля, хорошо, скажи сейчас придем.Миша ушмыгнул в коридор, я, посмотрев на часы (полтретьего ночи), растолкал Ярика и мы вдвоем вышли из комнаты отдыха.В коридоре нас ожидали четверо мужчин. Трое из которых стояли, обступив четвертого, сидевшего на скамейке. Завидев нас, самый старший из тех троих сунул руку за пазуху и достав удостоверение показал его мне и представился:- Старший оперуполномоченный капитан Василенко. Вы дежурный врач?- Я ординатор, — соврал, не моргнув глазом, так нам велел отвечать Иван Алексеевич, чтобы не было лишних вопросов, — а вы по какому поводу?- Нам нужна справка, что вот этот товарищ, — капитан показал на сидевшего в окружении мужика, — может находится в СИЗО.- Сейчас позову врача, ожидайте.Василенко кивнул, Ярик же пошел в ординаторскую и вернулся с заспанным хирургом.- Доброй ночи уважаемые, что нужно? – раздраженно проговорил Иван Алексеевич.Василенко достал ксиву и заученно повторил свою должность.- С какого вы отдела? — По борьбе с незаконным оборотом наркотиков…- О! – хирург оживился, — ну это вы по адресу! Мы тут каждую смену разгребаем последствия этого самого незаконного оборота. От меня-то что нужно, капитан?- Нам справка нужна, что вот этот гражданин в СИЗО может находиться.- Это мы можем, – Хирург вопросительно указал на сидящего, — барыга что ль?- Да, – капитан не стал отнекиваться – задержали пару часов назад. — Понятно, ну, сейчас быстренько посмотрим его и дадим вам справку. Иван Алексеевич обратился к задержанному:- Ну что, горе бизнесмен, вставай, раздевайся.- Что, прям тут? – голос барыги звучал хрипло и приглушенно, — в коридоре?- Прям тут, — врач буровил сидящего ненавидящим взглядом, — посторонних нет, кого стесняться?Мужик медленно встал со скамьи и принялся неспешно раздеваться. Выглядел он плохо – желтоватая кожа, нездоровое морщинистое лицо и неприятные, рыбьи глаза. Возраст его было угадать трудно. Одет он был в чистый синий рабочий комбинезон, толстовку и новенькое трико. Куртки, несмотря на сильные морозы, при нем не было. Раздеваясь, он аккуратно складывал одежду на скамейке, пока не остался в одних трусах. Все его тело было покрыто язвами и гнойниками, отчего он напоминал пятнистую кошку. Я разглядел трусы и мне почему-то стало смешно. На резинке серых трусов боксеров красовалось гордая надпись «Герой». Человек – леопард. Или, скорее, человек – крокодил.Первым молчание нарушил Иван Алексеевич:- А я думал, барыги не употребляют…«Герой» растерянно пожал плечами, а Василенко весело предположил:- Ответственный барыга, наверное, сам пробовал, что людям продает. Опера рассмеялись, после недолгой паузы барыга тоже последовал их примеру. — Трусы спусти до колен и повернись спиной. – скомандовал врач.Герой послушно выполнил команду. Нам открылось потрясающее зрелище. Ягодицы у леопарда были лилово-синюшного цвета и представляли собой два огромных гнойника. На левой ягодице я увидел один смачный гнойный стержень, на правой – целых два. Иван Алексеевич весело присвистнул:- Не мужики, такого персонажа мы в СИЗО отпустить не можем. Вот эту красоту, — хирург указал на гноящуюся задницу Героя, – вскрывать надо. — В смысле? – один из оперов помоложе негодовал, — эта гнида на больничку соскочит?- Да нафиг он нам тут не сдался, лазарет в СИЗО есть же?- Есть. – Ответил Василенко.- Ну и отлично. Сейчас вскроем и забирайте. Рекомендации дам, ваш местный врач справится. Миша, — обратился он к медбрату, — готовь гнойную перевязочную. Оперблок не буди, мне ординаторы помогут.Миша умчался выполнять задание, а Иван Алексеевич подозвал нас и сказал:- Так парни, я вскрою правую ягодицу, а кто-то из вас займется левой. Решайте сами кто. Врач куда-то отошел, а мы остались решать кто из нас будет оперировать.- Aver174, ты если хочешь, я тебе уступлю – вскрывай.- Ярик, ты долбанулся? Нафиг мне этот нарик нужен? Знаешь, как бы я вскрывал этот гнойник? Двухметровым копьем. Желательно с лошади. Короче, если хочешь – милости прошу.Напарник сиял от счастья. Все-таки хирурги странные люди.Один из молодых оперов обратился к задержанному:- Сколько ты на наркоте поднимал в месяц? Тысяч двести? Больше?Герой молчал. Намекая, что его вопрос совсем не риторический, опер легонько пнул барыгу по ноге. Задержанный посмотрел своими рыбьими глазами на опера и пугающе спокойно ответил:- Обижаешь, начальник, меньше четырехсот не выходило.Герой зашел в перевязочную и лег на операционный стол. Ярик с Иваном Алексеевичем спешно одевались в стерильное. Я помогал. Непосредственно перед началом врач поинтересовался:- ВИЧеносец?Герой как-то противно ухмыльнулся и ответил:- Не знаю.- Значит, ВИЧеносец. Ярик, надень вторую пару перчаток от греха.- Док, — барыга внезапно обратился к врачу, — а можно мне укол какой веселый для анестезии?- А куда я тебе его поставлю? Ты же в задницу себе наркоту ставить не от хорошей жизни начал… – Иван Алексеевич оскалился, — в член если только? А что, член тебе ой как нескоро пригодится… Потерпишь под местной. А будешь дрыгаться – Aver174 тебе пропишет рауш-наркоз, но тебе не понравится, гарантирую.- Пропишу. Можете не сомневаться. – заверил я.Операция по вскрытию абсцессов прошла успешно, и прихрамывающий Герой с перебинтованной задницей был передан в руки оперативников. Иван Алексеевич, проклиная всех наркоманов и наркобарыг, отправился на боковую, а Ярик уговорил меня выйти с ним покурить.Памятуя, что на улице минус тридцать, сходили за куртками и вышли на крыльцо. Ярик достал сигарету и закурил. Мы стояли, дрожа от холода и обсуждая ход операции и дальнейшую судьбу Героя. Внезапно входная дверь открылась, и на крыльцо вышел бомжик. В одном халате. На голое тело. В минус тридцать.- Прошу прощения, господа эскулапы, — привычной манерной интонацией обратился к нам выпивоха, — не угостите ли вы честного бродягу сигареткой?Ярик молча достал сигарету и отдал бомжу, не забыв прикурить зажигалкой. Бомжик сладко затянулся и принялся неспеша курить, как будто на дворе было лето. Мы в полном шоке смотрели на честного бродягу. Бомжик, смакуя каждую затяжку, докурил, затушил окурок в урну и неспешно пошел обратно. Ярик ткнул меня в бок и показал на его ноги. Да, он был босиком.- %@ять, это не больница, а сюр какой-то… — сказал я.Ярик молча достал две сигареты, одну из которых протянул мне. — Зато не скучно. На старости лет вспомнишь, как двух супергероев встретил ночью на ЧМЗ…- Первый понятно, а второй кто?- Как кто? Айсмен.P.S. Дорогие друзья, с наступающим Вас Новым Годом. Я хоть и живу на этом свете не так много, но не припомню года хуже чем этот. Год был тяжелый. Много смертей среди коллег, в семьях близких друзей и знакомых. Самый темный час — перед рассветом. Берегите себя и своих близких.Коллегам — терпения и сил. Все когда-нибудь кончается.Автору и его команде на создание книги — https://yoomoney.ru/to/4100115103796599

от admin